Экологическая ответственность достигается изменением самой культуры предприятия. Интервью с вице-президентом ЕВРАЗа Константином Рубиным

В марте мы опубликовали интервью с Константином Рубиным, вице-президентом ЕВРАЗа, в котором мы говорили о том, как организована охрана труда в металлургическом холдинге и как они создают культуру безопасности труда. Сейчас публикуем вторую часть нашего интервью, в котором мы говорили об экопросвещении населения, целях экологической стратегии ЕВРАЗа до 2030 года, снижении углеродного следа, управлении экологическими рисками, экономической выгоде от производства «зеленой» продукции и многом другом.

15.08.22
951

Cодержание статьи

    Артём Крылов
    Главный редактор EcoStandard.journal, член экспертного центра по ESG- трансформации “Деловой России”
    Мария Попова
    Директор по развитию бизнеса EcoStandard group

    Сейчас один из главных трендов — переход на «зелёную» экономику. Какие шаги ЕВРАЗ предпринимает в этом направлении?

    Экология, безусловно, стала одним из трендов компании еще 3-4 года назад. Это относительно небольшой срок, но именно тогда мы задумались о том, что нам нужна четкая и понятная стратегия, что именно мы хотим сделать в области экологии. Мы ее приняли в 2020 году, где, во-первых, определили те цели, которые мы реально можем достичь, а во-вторых, мы их сравнили с тем, что делают другие компании, и насколько это действительно поможет изменить ситуацию в городах нашего присутствия.

    Наши цели следующие:

    • снизить выбросы парникового газа на 20%,
    • полностью исключить сбросы в воду,
    • достичь 95% переработки отходов,
    • утилизировать 75% метана, который извлекается при дегазации из наших шахт.

    Эти цели, с одной стороны, очень четко структурированы и подтверждены конкретными мероприятиями, а с другой — направлены на очень простую вещь: чтобы наши сотрудники и их дети, семьи хотели жить в городах нашего присутствия, чтобы после институтов у ребят было желание работать в тех городах, где работает ЕВРАЗ.

    Наши цели поставлены до 2030 года, они очень серьезные и амбициозные, и многое еще предстоит сделать. Но уже сейчас по многим направлениям есть заметный прогресс. Уверен, что всё у нас получится.

    Не секрет, что металлургия воспринимается как одна из самых загрязняющих окружающую среду отраслей производства. Проводите ли вы просветительскую работу с местным населением в городах присутствия, чтобы объяснять, что не все так страшно, как иногда рассказывают?

    Конечно. Ведь вопросы экологии стали актуальными не потому, что кто-то так решил, а потому, что они важны для населения. Мы тоже анализировали, почему люди, например, не хотят оставаться в этих городах, и со своей стороны стараемся повлиять на ситуацию. Уже сейчас ЕВРАЗ очень много делает по озеленению городов, зарыблению водоёмов, участвует в различных экологических акциях, которые инициируются муниципалитетами и областными структурами. Также у нас развито волонтерское движение.

    Большая часть нашего вклада достигается благодаря основным проектам. Мы начали реализовывать такие инициативы, как дни открытых дверей на нашем предприятии, куда приглашаем журналистов, общественных деятелей, показываем и рассказываем, что мы уже сделали. Например, Нижний Тагил был недавно исключен из списка городов с загрязненной экологией. Это во многом благодаря тому, что наш нижнетагильский комбинат серьёзно модернизировал своё производство, закрыл мартеновские печи, перестроил доменные цеха, запустил две современнейшие домны. Произошло значительное изменение по выбросам, а теперь такая же задача стоит по сбросам. Программы подготовлены, и сейчас мы уже приступаем к их реализации.

    Говоря про сточные воды, можно отметить, что в металлургическом производстве они особенно загрязнены. Есть ли у вас планы по внедрению циркулярной системы водопользования и повторного использования производственных вод?

    Наша цель — 0 сбросов в водные объекты.

    Для всех ваших производственных площадок?

    Абсолютно для всех. Мы должны будем достичь этой цели к 2030 году, и наши программы, которые сейчас реализуются, по сути уже на это направлены. Еще ряд мероприятий, направленных на решение задачи достижения возврата в водные объекты вод с нулевым загрязнением, будет начат в ближайшее время. За счет чего это достигается? Технология не новая — очистка воды и возврат её в производственный цикл. Более эффективный способ, который мы прорабатываем, — внедрение локальных замкнутых циклов. Он позволяет производить очистку непосредственно в местах загрязнения.

    Что касается разработок новых технологий, уникальных инновационных решений в производстве, вы ведете деятельность в этом направлении?

    Эта работа выстроена у нас следующем образом. Сейчас в рамках получения комплексных экологических разрешений (КЭР) требуется представить программу повышения экологической эффективности. Мы такую программу уже разработали и готовимся её представить для получения КЭР. Здесь действительно диктуются наилучшие доступные технологии, с помощью внедрения которых можно улучшить показатели по выбросам, сбросам, переработке отходов. Если говорить именно про уникальные технологии, то они по большей части относятся к области переработки отходов. Уникальность их связана с тем, что у каждого предприятия достаточно сильно отличается состав образуемых отходов, и особенность их переработки диктуется спецификой производственного процесса. В этом плане у нас немало наработок.

    Также мы реализуем такой интересный проект, как «Новые лидеры ЕВРАЗа». В этом потоке он посвящен ESG-повестке, и в том числе ряд команд взяли направления переработки отходов, рекультивации земель и так далее. И вот уже как минимум три очень классные идеи мы там видим, которые, я уверен, найдут массовое применение.

    А что это за проект? Расскажите, пожалуйста, подробнее.

    «Новые лидеры ЕВРАЗа» — это специальная обучающая программа на базе Сколково, которая направлена, прежде всего, на практику, чтобы привнести какой-то реальный эффект. Мы рассчитываем, что благодаря этому проекту сможем получить новые прорывные идеи и, главное, разобраться в существующих проблемных вопросах в городах присутствия: например, в области медицины, рекультивации земель, сохранения биоразнообразия.

    В тех сферах, где мы видим возможности для улучшения, ребята разрабатывают новые технологии, предлагают нестандартные решения, проводят опыты и эксперименты для подтверждения эффективности методов, которые потом мы сможем применить на практике.

    Любой сотрудник может стать участником этого проекта, вне зависимости от региона?

    Да, любой сотрудник ЕВРАЗа. Но происходит достаточно серьезный конкурсный отбор, где проверяются, в том числе, и потенциальные компетенции, которыми, может быть, на данный момент человек не обладает, но способен их приобрести или развить.

    В 2020 году ЕВРАЗ занял второе место по управлению экологическими рисками в рейтинге 100 лучших компаний мира в области управления устойчивым развитием по версии The Wall Street Journal. Какой подход вы используете при оценке экологических рисков?

    Для этого еще несколько лет назад была разработана и принята наша собственная методика. Она включает в себя не только финансовые риски, но и репутационные, риски для населения, для развития предприятия и так далее. Более того, у нас сейчас этот подход интегрирован, в том числе, в процесс принятия решений, например, об инвестировании или реализации новых проектах. Такая система позволяет нам достаточно эффективно заранее видеть возможные риски и разрабатывать меры, которые помогают предупредить их наступление.

    На Петербургском международном экономическом форуме, прошедшем в 2021 году, ЕВРАЗ и РЖД подписали меморандум на поставку в 2023 году зеленых рельсов. Что он из себя представляет?

    Это сотрудничество между двумя предприятиями, при котором ЕВРАЗ будет производить, а РЖД, в свою очередь, получать от ЕВРАЗа и реализовывать продукцию, главным образом, рельсы, в которой будет в 4 раза меньше выбросов CO2.

    За счет чего это будет мы будем этого добиваться? Во-первых, для производства продукции будет использоваться более «зеленая», неуглеродоёмкая энергия, приобретенная специально под эти партии. Во-вторых, будет применяться металлолом из вторичного сырья, в большей степени, чем для обычных рельсов.

    А вы проводили экономическую оценку, какая продукция дешевле, обычная или «зеленая»?

    На данный момент «зеленая» продукция все же дороже, поскольку дополнительные налоги на CO2, безусловно, влекут за собой увеличение ее стоимости. Возможно, такая система необходима именно для того, чтобы «зеленые» технологии стали окупаемыми.

    Как вы считаете, «зеленое» производство и потребление — это тренд, который закончится через 10-15 лет, или все же это наша реальность, в которой мы должны жить?

    Это тренд, который только начался в России, и мы еще в самом начале этого пути. А куда он приведет нашу страну, мы можем лишь делать предположения, анализируя опыт западных стран, где это было внедрено уже давно.

    Можете ли вы привести пример производственной компании, у которой хорошо налажено производство с минимальным углеродным следом?

    Например, шведская компания SSAB провозгласила себя первым «зеленым» производителем стали. И, насколько мне известно, в своем производственном процессе они применяют исключительно плавку лома, а не производство его из железа, чугуна или руды. Конечно, это очень здорово. Но все же мировая экономика не может существовать, по крайней мере, некоторое время, без использования в производстве стали природного сырья. Переработка, безусловно, должна развиваться, и многие предприятия хотели бы у себя повысить её долю. Однако для металлургической отрасли остается необходимым металл. Где его взять? Его нужно произвести.

    Нужно понимать, что металлургия — это такая отрасль, которая не сможет привнести тот же эффект снижения углеродного следа, как многие другие индустрии. Может ли она когда-нибудь стать абсолютно нейтральной? Некоторые компании сейчас заявляют о своих намерениях достичь углеродной нейтральности, и мы, в свою очередь, отслеживаем технологии, которые они используют, оцениваем, какие из них могут дать наибольший эффект в плане улавливания CO2, его захоронения и так далее. О таких технологиях много говорят, и первые инициативы уже начинаются. Но на массовом уровне, по крайней мере, в России, это пока малодоступно. Тем не менее, мы поставили себе цель, что к концу года у нас будет четкая дорожная карта по этому поводу.

    Опубликуете её?

    Только когда будем полностью уверены, что наша технология работает и может быть применима на практике.

    Сейчас во многих компаниях есть такой тренд, что в решении экологических вопросов так или иначе задействуются все сотрудники компании, а не только экологи. Вы разделяете такой подход?

    Абсолютно, экология на предприятии — это ответственность каждого сотрудника, которая достигается изменением самой культуры компании: серьёзными, тектоническими изменениями в процессах, в проектировании — во всем. Мы сейчас как раз находимся на той стадии, когда меняем свои подходы. Например, чтобы реагировать на будущие риски, в проекты была внедрена отдельная цена тонны CO2. Мы договорились, что для того, чтобы в проект можно было привнести новые решения, которые обеспечат снижение выбросов углерода, нам нужно завести сначала цену этого углерода. Разумеется, она пока выведена эмпирически, но когда в правительстве появятся более четкие параметры, мы будем ее уточнять. Это позволяет оценивать дополнительные изменения в проекте уже с точки зрения денег. Ведь для того, чтобы в проекте появились деньги, которые позволят снизить выбросы углерода, эти выбросы сначала нужно оценить в денежном выражении, что мы сейчас и начали делать.

    Изменение культуры должно дойти до каждого работника через коммуникацию, через ролевую модель высших руководителей, через доказывание делами, а не словами, что это действительно важно и в итоге принесет пользу им самим.

    Какими компетенциями надо обладать будущему инженеру-экологу?

    В этой сфере определенно появятся свои специализации, но это будет, в первую очередь, интеграция знаний из разных областей. Огромные перспективы, на мой взгляд, появляются в части сохранения биоразнообразия и рекультивации земель, в отдельное направление, скорее всего, сформируется специализация по парниковым газам. А такое широкое понятие как «инженер-эколог», думаю, через некоторое время перестанет существовать.

    Какие книги для развития профессиональных навыков в области экологической безопасности вы могли бы порекомендовать?

    На мой взгляд, лучший учитель — это практика. В книгах, безусловно, можно найти общие подходы, но лучше искать ответы в тех инициативах, делах, подходах, которые уже принесли реальную пользу.

    15.08.22
    951
    0
    Чтобы написать комментарий, авторизуйтесь
    Тут будут ваши комментарии.
    Напишите, пожалуйста
    Читайте также