Екатерина Кузнецова, начальник Управления охраны труда и профессиональных рисков «ВНИИ труда» Минтруда России: «Нельзя экономить на безопасности»

О том, что представляет собой концепция «Vision Zero по-русски», какие подводные камни может скрывать цифровизация процессов в охране труда, для чего необходимо анализировать не только неудачи в производственной безопасности, но и успешные решения, какие регионы страны показывают лучшие результаты в вопросах организации охраны труда, а также почему нельзя экономить на охране труда — в интервью с Екатериной Кузнецовой, начальником управления охраны труда и профессиональных рисков ВНИИ труда Минтруда России.

18.01.24
427

Cодержание статьи

    Артём Крылов
    Шеф-редактор EcoStandard.journal, член экспертного центра по ESG-трансформации общероссийской общественной организации «Деловая Россия»

    Обзоры, интервью, свежие новости и изменения в законодательстве — оперативно в нашем Telegram-канале. О самых важных событиях — в нашей группе ВКонтакте.

    Как вы пришли в охрану труда и как сложился ваш жизненный путь в этой сфере?

    Абсолютно случайно. Я по образованию социолог, кандидат социологических наук. В середине 2000-х работала в одном грантовом проекте департамента международного развития Великобритании, благодаря которому познакомилась с Виталием Викторовичем Фединым (партнер группы компаний SRG — прим. ред.), который тогда был директором Научно-исследовательского института труда и социального страхования.

    Затем в 2009 году начала работать в ВНИИ труда в отделе охраны труда, где мы активно вели научную деятельность. Так, всего за 3 месяца 2009 года мы написали командой из трех научных работников 17 научных работ.

    С 2010 года меня стали привлекать к преподаванию, и когда я начала читать лекции по охране труда, то почувствовала, насколько это меня зацепило, ведь охрана труда — это действительно сложная, но интересная сфера. Я поняла, что могу делиться важной информацией, способной спасти жизни людей.

    В рамках ВНОТ-2023 вы модерировали сессию «Импортозамещение в области безопасности труда: как может выглядеть концепция „нулевого травматизма“ (Vision Zero) по-русски». Расскажите, пожалуйста, в двух словах про данную концепцию.

    Для начала стоит отметить, что, согласно статистике, более чем в 70% несчастных случаев с тяжелым исходом главную роль играют причины организационного характера, т.е. причины устранимые, в то время как технологический фактор уже очень давно не превышает 10%. К тому же сейчас активно идет процесс цифровой трансформации охраны труда, используются умные СИЗ, искусственный интеллект и прочее.

    Поэтому те решения по снижению травматизма, которые сегодня предлагаются на рынке, главным образом основаны именно на работе с персоналом. И если ответить кратко, то суть концепции звучит так: работа без аварий и травм. При этом работа без травм обеспечивается прежде всего через обучение и подготовку работников, а работа без аварий — с помощью тех самых стандартов, технологических инноваций, которые позволяют повысить безопасность на производстве и способствуют предотвращению чрезвычайных ситуаций.

    В чем принципиальное отличие этой концепции от уже общепринятого подхода?

    Поскольку я не являюсь ее автором, приведу слова профессора шведского университета Йончепинга Эрика Холлнагеля, трудившегося над созданием концепции Safety-II. Главное отличие в том, что «нулевой травматизм» — это стратегия, которая призвана предотвращать травмы, основываясь на анализе прошлого опыта, так как семь «золотых правил» концепции построены на опросе более 5 тысяч экспертов и руководителей. А мы на данный момент, наоборот, пытаемся работать на проактив и готовим персонал, который в будущем будет работать безопасно.

    Также Эрик Холлнагель говорил о том, что безопасная работа должна быть основана не на ошибках, а на успехах.

    То есть фокусироваться не на отрицательном опыте, а на положительном?

    Необходимо дополнять анализ неудач анализом успеха для выявления факторов, которые поспособствовали снижению травматизма. Достижения способны дать нам гораздо больше информации, чем неудачи, особенно в том, что касается предвидения и предотвращения проблем, с которыми еще не приходилось сталкиваться.

    Если вас заинтересует, советую почитать о русской модели обучения ремеслам, которая была представлена на выставке в Вене в 1873 году. Ее автором был русский инженер-механик, изобретатель и педагог Дмитрий Константинович Советкин. В 1876 году, насколько я помню, в Канаде и Соединенных Штатах эта модель была принята как передовая практика в подготовке рабочих в ремесленных профессиях. И стоит отметить, что данная модель до сих пор не потеряла свою актуальность.

    Главной темой ВНОТ-2023 стала цифровая трансформация охраны труда, которая представляет собой переход на новый уровень безопасности на производстве. В частности, на стратегической пленарной сессии обсуждались новые модели управления охраной труда, созданные на базе более эффективных цифровых инструментов. Но существует мнение, что если оцифровать хаос, то мы получим цифровой хаос. Как вы относитесь к цифровизации процессов в охране труда?

    Что касается цифровизации производственных процессов, то с точки зрения выполнения государственных нормативных требований сложно допустить ошибку. Однако, когда речь идет о цифровизации процессов на предприятии в целом, все зависит от организации труда в конкретной компании. Если на предприятии царит хаос, то и оцифрован будет хаос, но если же все процессы отлажены, то цифровизация направления охраны труда не вызовет затруднений.

    В интервью EcoStandard.journal Дмитрий Платыгин (генеральный директор ВНИИ труда — прим. ред.) отметил, что причины травм, связанные с человеческим фактором, не устраняются и не прорабатываются, поэтому они постоянно воспроизводятся. Что необходимо предпринять, чтобы эффективно с этим бороться?

    Большинство работодателей сейчас экономят на охране труда. Почему? Может быть, они просто не понимают важность этого вопроса или не осознают, что экономия в этой сфере нецелесообразна. Пока работодатель не научится оценивать влияние условий труда на производительность, чем как раз и занимается наш институт, ситуация не изменится.

    Многие работодатели, возможно, возразят: «Я получу условную прибыль через 3-5 лет, а зарплату должен выплатить человеку сегодня». Но ведь внедрение новых технологий может существенно повлиять на нагрузку работников, повышение уровня безопасности и, соответственно, на производительность труда. Новое оборудование может автоматизировать опасные и тяжелые работы, что помогает снизить риск травм и профессиональных заболеваний. При этом всегда можно рассчитать рост производительности труда на новом оборудовании, разделив объем произведенной продукции на количество затраченных рабочих часов. Если новое оборудование позволяет производить больше продукции за то же время или производить ту же продукцию за меньшее количество часов, то производительность труда повышается. А это означает, что затраты на внедрение нового оборудования окупятся.

    Более того, при улучшении условий труда работодатель экономит значительные средства на отчисления дополнительных взносов по обязательному пенсионному страхованию, а также на той же доплате в 4% за работу во вредных условиях труда и сокращении потерь фонда рабочего времени, которое происходит потому, что работникам уже не предоставляется ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск и сокращенная рабочая неделя.

    Что касается причин травматизма, обусловленных поведением работников, здесь тоже не все так просто. Зачастую они осознанно нарушают правила безопасности, потому что торопятся выполнить свою работу в определенный срок и, как следствие, игнорируют требования охраны труда, например, не используют СИЗ или игнорируют средства подмащивания. Поэтому важно создать безопасную рабочую среду, обеспечивая правильную организацию рабочих процессов, без «штурмов» и авралов.

    Если будут обеспечены более достойные условия труда для работников, то какую выгоду это принесет для самой компании?

    Во-первых, предприятие сможет получать больше контрактов благодаря более быстрому и качественному выполнению работы, что означает увеличение прибыли предприятия и развитие бизнеса в целом.

    Во-вторых, развитие предприятия станет более динамичным благодаря наличию квалифицированных специалистов, которым будет комфортнее работать на новом, современном оборудовании. Это приведет к сокращению текучести кадров: высококлассным специалистам просто незачем будет искать другого работодателя.

    И в-третьих, благополучная ситуация с условиями и безопасностью труда повышает инвестиционную привлекательность: у инвесторов не будет сомнений, что контрактные обязательства будут нарушены из-за того, что произошел несчастный случай, вследствие чего были сорваны сроки и объемы закупаемых товаров или услуг.

    Все знают, что на трассе можно ездить со скоростью до 90 км/ч, но многие все равно превышают этот порог, даже осознавая возможные последствия. Наверное, в охране труда то же самое.

    Все же стоит разделять отношение людей к вопросам безопасности в контексте личной жизни и в рабочих ситуациях. Если я, например, еду по своим делам и превысила скорость, то это моя личная оценка рисков, и только я несу ответственность за себя и своих пассажиров.

    Если мы будем говорить о безопасности на производстве, повторюсь, на нее во многом влияет уровень организации труда, те же самые «горящие» планы, потому что работодатели не всегда умеют планировать время, а также низкая заработная плата, которую (даже такую низкую) работники боятся потерять, не выполнив что-то в срок.

    В советские времена детей учили БЖД с самого раннего возраста. В детском саду нам уже давали иголки и ножницы, а в школах с первого класса занимались выжиганием, у мальчиков были уроки труда на станках, у девочек — домоводство, и всех все устраивало. И это воспитывало навыки безопасного поведения в повседневной жизни с раннего детства. А сейчас наблюдаю, что многие родители перестали соблюдать элементарные и общепринятые правила безопасности (переход улицы на красный свет или в неположенном месте, непристегнутый ремень безопасности, разговоры по телефону при спуске по лестнице, не держась за перила, и т.п.), подавая плохой пример своим же детям. И пока мы не начнем с себя в быту, и в работе ничего не получится.

    Но ведь и роль государства в этом вопросе нельзя недооценивать?

    Не стоит перекладывать на государство родительские обязанности. Хотя можно, например, по художественным фильмам проследить государственную заинтересованность в распространении тем, важных для граждан страны. В начале 2000-х было очень много событий, связанных с военной операцией в Чечне, и появились потрясающие сериалы: «Спецназ» и «Спецназ-2». Несколько лет назад началась популяризация физкультуры и спорта — вышло много хороших фильмов («Легенда 17», «Движение вверх», «Яшин» и другие), и с тех пор по всем каналам звучит: «спортплощадки», «детские клубы», «спортивные секции». Также раньше снимались и производственные фильмы, например, «Весна на Заречной улице», в которых популяризировали героический производственный труд.

    Почему бы сейчас не снять сериал про специалистов по охране труда? О том, как они спасают жизни людям на производстве, рассказать в нем про правила безопасности, общение с работниками, формирование психоэмоционального климата в коллективе, объяснить важность наблюдения за тем, как работники соблюдают правила на всех видах предприятий.

    А государственные нормативные требования в области охраны труда — это минимальные обязательные рамки безопасности, которых работодатель обязан придерживаться, но должен расширять и уточнять, исходя из особенностей своей деятельности, своих производственных процессов.

    А какая сейчас складывается ситуация с несчастными случаями на малых и средних предприятиях?

    Согласно данным, опубликованным в наших докладах, процент организаций малого и среднего бизнеса, в которых происходят несчастные случаи, является мизерным. В среднем лишь 3-4% организаций сталкиваются с производственными травмами. Однако, если говорить о показателях относительных (в расчете на 1000 работающих), то эти цифры в ряде видов экономической деятельности, например, строительство, транспорт, значительно превышают эти показатели в среднем по России.

    Хотя следует отметить уменьшение случаев травматизма на производстве в малом бизнесе в 2022 году по сравнению с показателями 2018 года. Количество сотрудников, которые временно потеряли трудоспособность на один день или более, снизилось на 40,7%.

    В одном из выступлений вы упомянули китайскую пословицу: «Скажи мне — я забуду, покажи мне — я запомню, вовлеки меня — я пойму». Какими способами можно вовлечь работника в трудовую деятельность?

    Мне кажется, универсального инструмента нет, потому что работник замотивирован только тогда, когда он понимает цель и суть своей работы.

    То же самое справедливо и для поощрения. Когда ты выдвигаешь идеи, важно видеть заинтересованность руководства и получать обратную связь на свои предложения. Тогда и начинается процесс вовлеченности. Если твои идеи были внедрены в практику, а затем тебя отметили как лучшего сотрудника, наградив премией, то это, безусловно, радует и еще больше мотивирует.

    Хочется также спросить про мониторинг регионов, который вы проводите. Какие города или субъекты страны наиболее продвинуты в вопросах охраны труда и с чем связаны их успехи?

    Таких регионов у нас достаточно много. Например, в Томской и Оренбургской областях, Республике Башкортостан руководители компаний очень активно вовлечены в работу в области охраны труда на предприятии, они организуют встречи с представителями власти. В свою очередь, руководители региональных органов исполнительной власти осведомлены о всех проведенных мероприятиях, выставках, конкурсах и победителях. Очень важны доверие между органами власти и работодателями и их инициативность. Ведь кто по-настоящему увлечен — продолжает работать, не оглядываясь на позиции в рейтинге, и в конечном итоге добивается успехов. А если госорганы работают формально, проводят мероприятия для галочки и отчета, то и работодатели будут воспринимать вопросы безопасности соответствующим образом.

    В этом году, несмотря на серьезный спад в 2021 году, в десятку лучших в вопросах организации охраны труда вошел Кузбасс, также остаются устойчивыми позиции Краснодара, активно работает в этом направлении Ставропольский край, хотя они и не на вершине рейтинга.

    С данными каких лет сравнение уровня организации охраны труда является наиболее объективным? Какие мероприятия помогут регионам справляться с вызовами последних лет?

    Это очень хорошая тема для обсуждения — как нам выживать в современной турбулентности? 2020 год был пандемийным, 2021 год тоже был не показательным, потому что все вернулись к очному формату работы, а в 2022 году произошла реструктуризация рабочей силы на рынке труда. Вероятно, наиболее целесообразным будет сравнение с 2019 годом, и по ряду показателей уже произошли улучшения. Региональным же органам власти необходимо понимать, что надо учиться работать на опережение, т.к. немного наивно надеяться на долгосрочную стабильность в ближайшие годы.

    Во времена современной турбулентности необходимо создавать такие условия, чтобы органы власти могли не только разрабатывать меры оперативного реагирования, но и работать на опережение, прогнозировать развитие событий, связанных с новыми вызовами, продумывать меры поддержки, предоставлять методическую поддержку и тиражировать лучшие практики по обеспечению безопасности на производствах.

    18.01.24
    427
    0
    Чтобы написать комментарий, авторизуйтесь
    Тут будут ваши комментарии.
    Напишите, пожалуйста
    Читайте также