Андрей Бетин, заместитель Губернатора Нижегородской области: «Мы хотим, чтобы развитие принципов ESG было общей целью»

В интервью EcoStandard.journal Андрей Бетин, заместитель Губернатора Нижегородской области, поделился опытом Нижегородской области в качестве региона-пионера по части формирования собственного ESG-профиля. Мы поговорили с замгубернатором о том, как культура потребления, принятая среди населения, влияет на решения бизнеса и в чем заключается миссия России в распространении и развитии философии ESG.

14.10.22
825

Cодержание статьи

    Артём Крылов
    Главный редактор EcoStandard.journal, член экспертного центра по ESG- трансформации «Деловой России»

    Обзоры, интервью, свежие новости и изменения в законодательстве — оперативно в нашем Telegram-канале.

    Андрей Анатольевич, что такое ESG для бизнеса, наверное, в целом все понимают, но что есть ESG для государства, для госсектора — это же другая история?

    Для бизнеса в ESG-повестке основным является четкое понимание содержания направлений сохранения окружающей среды, социальной ответственности и управления. Самое главное, разумеется, понятное, четкое и ясное корпоративное управление. Если компания приняла решение о формировании системы нефинансовой отчетности, значит она перешла на новый уровень. К сожалению, существует огромное количество предприятий, которые еще не созрели. В этом вопросе первостепенна роль государства, мы должны выстроить систему, при которой бизнес будет вовлекаться в повестку устойчивого развития, а мы будем его поддерживать.

    Среди населения региона у нас также присутствуют обе крайности. Начиная с людей, которым пока что не хватает осознанности в вопросе сохранения планеты, заканчивая теми, кто привержен экологическому стилю жизни.

    Когда ты выступаешь от лица Правительства области, возникает дилемма: с какой стороны подойти к вопросу? У нас простое и четкое понимание. Необходимо между регулятором в лице системы государственного регионального управления и бизнесом поставить третью опорную точку — население. Мы должны создать условия, которые помогут людям самостоятельно прийти к нам с правильным запросом.

    Каждый хочет жить в экологически чистом, социально-ответственном городе, регионе. Жить в стране, система управления которой ориентирована на человека, другими словами человекоцентрична. Пока что решение этой задачи не выстроено. Мы занимаемся вопросом — стремимся к тому, чтобы наша внутренняя программа, направленная на улучшение качества жизни россиян, оформилась в стабильные принципы и правила. Они формируются в тандеме государства и бизнеса.

    Фактически в работе задействованы все, начиная с уровня Правительства Российской Федерации. Существует ряд нюансов. Обратимся к деятельности Правительства Российской Федерации — назначен ответственный вице-премьер по каждому направлению: по экологии, по социальной ответственности, по системе управления. Остается вопрос горизонтальных связей между направлениями, именно там и есть точки роста. Например, необходимо укрепить взаимодействие между структурами, вовлеченными в вопросы экологии и управления или вопросы экологии и социальной ответственности. Например, вопрос утилизации упаковки малым бизнесом — это и управление, и экология.

    Если мы говорим про культуру, ее надо взращивать с детства, с детского сада. Тогда и получится воспитать предпринимателя, который не будет выбрасывать сбрасывать всё в общий контейнер, а предпочтет заключить договор с региональным оператором.

    Конечно, нужно делать с детства, но, например, мы с Вами относимся к поколению иной формации. В 90-е устройство жизни менялось с бешеной скоростью, нужно было ежедневно адаптироваться к новому, физически было сложно ставить среди первых вопросы экологии. Соответственно, сегодня мы имеем поколение, которому нужно самостоятельно переучиваться, впитывать новые ценности. Сейчас идет процесс, когда принципы устойчивого развития становятся нормой поведения. Поэтому важно обеспечить всестороннее просвещение, тогда мы получим реальную поддержку населения.

    Именно поэтому мы считаем, что бизнес может вырабатывать правильную философию, только когда он работает в обоих направления. Не только продвигать ESG-философию на уровне топ-менеджмента, но привлекать к изменениям каждого сотрудника. Начиная со стажеров, сотрудников административно-хозяйственной части доносить информацию и мотивировать на соблюдение принципов устойчивого развития. Тогда мы увидим колоссальную разницу. Мы считаем, что это именно та основа, вокруг которой можно всех объединить.

    Наверное, у нас все неплохо с компаниями т.н. «первого эшелона». Крупный бизнес перенимает мировые практики и внедряет их у себя, но в среднем и малом бизнесе с пониманием, что такое ESG, не говоря уже о разработке стратегии, дела обстоят гораздо сложнее. Как донести принципы ESG до малого и среднего бизнеса? Что Вы, как руководство Нижегородской области, делаете, чтобы каскадировать весь этот опыт с крупного бизнеса на малый и средний?

    Это некий формат поведенческой модели спроса и предложения. Здесь я возвращаюсь к человеку, к жителю, к гражданину, который формирует тот самый спрос.

    Когда гражданина что-то не устраивает, и когда таких людей становится достаточно много, бизнес подстраивается. Если сегодня человеку нормально использовать повсеместно одноразовую пластиковую посуду и выкидывать ее на свалки, то, соответственно, бизнес будет ее производить и продавать. Если население будет голосовать рублем, будет смотреть, что, где и как производят, насколько условия производства соответствуют социальным или экологическим принципам, то бизнес быстро перестроится.

    Могу привести пример того, что происходит у нас в Нижнем Новгороде. К 800-летию города мы активно начали работать вместе с бизнесом над устранением визуального шума и громоздких вывесок. Сначала было сопротивление, каждый говорил, что «я так вижу и мне ваш разработанный дизайн-код неинтересен, я потратил ресурсы на создание своего». На том этапе изменения начались с тех, кто уже был готов к этому. Потом последовал второй шаг — мы приступили к субсидированию и оказанию поддержки компаниям, готовым к изменению вывесок и рекламных материалов. Третим шагом уже пришлось работать с позиции санкций и требований.

    В итоге мы получаем систему, при которой бизнес, приходя на рынок, понимает, что не соответствует уровню, к которому привык потребитель. Например, человек принимает как само собой разумеющееся, что перед кафе на улице есть веранды с цветами, и он уже не пойдет туда, где этого нет.

    Наша задача как государства — сформировать спрос на здоровую экологическую обстановку. Цифры говорят сами за себя и определяют перспективы: 68% молодежи очень внимательно относятся к тому, что покупают, и насколько это соответствует экологическим принципам.

    Нам нужно всего лишь дать толчок тренду, дать возможность публичности. Когда ESG-философия войдет в моду, тренд установится, малый и средний бизнес пойдет за ним.

    Конечно, малый и средний бизнес считает каждую копейку. Переход на новые модели требует особого подхода, в том числе определения смыслов. Например, мы назвали ESG-проект «Земля наших детей» — это более понятное название для русского человека. Да, мы идем в этом фарватере, потому что это земля наших детей, тогда человек четко понимает, для кого, для чего и зачем он это делает.

    Нижегородская область первая в России разработала ESG-профиль региона. Как вообще пришла эта идея? Как у вас родился запрос на разработку ESG-профиля?

    Отправной точкой мы считаем историю сокращения углеродного следа. Губернатор Нижегородской области возглавляет в Государственном Совете комиссию по экологии, он часто поднимает эти вопросы.

    Мы провели анализ предприятий Нижегородской области, изучили на примере своего региона как снижение углеродного следа повлияет на экспорт нашей продукции, а также на её качество. Было установлено позитивное влияние на продажи в Европейский союз, следовательно на экономику региона, поступление налогов и число рабочих мест. Мы осознали, что эти вопросы нельзя пускать на самотек.

    На тот момент речь шла исключительно об экологических принципах. В ходе исследований мы обратились к международному опыту. Еще в 60-х — 70-х годах прошлого века на основе стремления сохранить планету начали формироваться принципы устойчивого развития, которые со временем переросли в ESG-философию. Международные цели, как мы увидели, вписываются в нашу стратегию развития, которая состоит из трех блоков: человек, пространство, экономика. Мы взяли это за основу, на которой можно установить ключевой тренд развития на ближайшие несколько лет. Возможно, получится на десятилетия.

    Далее осенью прошлого года состоялась ключевая встреча Губернатора Нижегородской области Глеба Никитина и Президента Сбербанка Германа Грефа. Сбербанк предложил нам реализацию совместного проекта, определившего ESG-трансформацию региона, привлек компанию RAEX-Europe. В практическом поле мы запустили проекты по данному направлению.

    Мы оказались в типичной ситуации внедрения инновационного подхода — столкнулись с сопротивлением как на местах, так и в органах исполнительной власти. Спустя полгода нам удалось его преодолеть, и мы пришли к результату — к отчету, в рамках которого был сформирован ESG-профиль региона. На его основе мы стали двигаться дальше, пришло понимание, что найдено верное направление, которое фактически может дать движение новому порядку принятия решений.

    Для крупного бизнеса основная, наверное, причина, по которой они занимались ESG-стратегиями — выход на мировые рынки. Сейчас, когда выход на западноевропейские рынки отложен на какое-то время, и это уже не так актуально, не пропадет ли интерес бизнеса к ESG?

    Мы часто оказываемся в догоняющей модели. Совершенно точно, что часть европейских принципов ESG эксплуатируется в целях контроля внешней торговли стран-конкурентов, однако, глубина и основа ESG-модели — правильная, она про человека. Просто нам нужно нащупать наш русский стиль.

    Например, пятую цель устойчивого развития «гендерное равенство», мы переформулировали как «семейные ценности». Демография — один из важнейших вопросов сегодня. Не равенство между мужчиной и женщиной, а именно приоритет семейных ценностей дает нам шанс остановить убыль молодого и способного населения, что особенно актуально в текущих условиях.

    На сегодняшний момент есть огромное количество стран и экономик, которые либо открыто демонстрируют готовность работать с нами, либо позитивно относятся к дальнейшему сотрудничеству. Речь про страны БРИКС и Азиатско-Тихоокеанский регион.

    Фактически для нас сейчас открываются новые возможности. Если мы продолжим путь, по которому шли, то сможем, например, коллективно со странами БРИКС возглавить процесс достижения устойчивого развития на планете. Охват внешнеэкономической деятельности Нижегородской области составляет 145 стран. Оборот с Китаем и Индией совместно составляет более 90 миллиардов рублей (90,690 млрд.), и это выше, чем со всеми оставшимися 143 странами.

    Выстроив правильные модели, создав современные институции, основанные на базовых качественных продуктах, сделав это снизу вверх, а не сверху вниз, мы можем стать лидерами в мире. Думаю, к этому и надо стремиться.

    У вас ведь есть еще инициатива «Волонтеры ESG». Можете подробнее рассказать, что это за инициатива и чем она занимается?

    Волонтерское движение в Нижегородской области очень сильно развито. Лидеры волонтерского движения — это стойкие люди с точки зрения следования правильным ценностям, здоровым трендам, патриотизму. В ходе мозговых штурмов мы поняли, что ESG очень близко к тому, чем наши волонтеры уже занимаются, например, проведение субботников, различные социальные программы.

    В Нижегородской области выстроена система, в которой волонтерство — это не только подсобная работа, а в том числе творческая, организационная деятельность, участие в проектах. У нас огромное количество людей с глубокой внутренней и социальной осознанностью, с коллективной и семейной ответственностью — это очень прогрессивные люди, которые могут собираться в сообщества и волонтерить интеллектуально. Мы развиваем это направление, а ребята, которые занимаются волонтерством, нас поддерживают и активно участвуют.

    Начиная с мая 2022 года, у нас активно увеличивается движение ESG волонтеров, и надеюсь, что оно будет развиваться с еще большей скоростью.

    Можете рассказать подробнее о включении ESG-показателей в KPI руководителей региона? Вы уже почти пришли к тому, что это прямо сейчас будет внедрено, правильно?

    Мы подходим к этому вопросу комплексно. KPI — это достаточно сложный механизм, тут опять проявляется разница подходов в бизнесе и в управлении. В бизнесе всё понятно — есть цель получения прибыли, вокруг нее легко выстраивать KPI.

    В государственном управлении по-другому, на практике мы запараллелили два аспекта. Сейчас в Нижегородской области мы много работаем над внедрением системной работы с ключевыми показателями эффективности государственного управления. Мы совместили два проекта — так как у нас очень активно развивается ESG-философия, мы решили в ряде KPI включить и выполнение ESG-принципов.

    Думаю, к концу текущего года проект уже будет разработан и с 2023 года мы начнем внедрять ESG-показатели в KPI. К концу 2023 года мы сможем отчитаться, что из этого получилось. Не сомневаюсь, что мы увидим очень хорошие результаты. Кроме того, люди смогут увидеть, что их деятельность помимо основного направления оказывает положительное влияние на достижение устойчивого развития.

    Но нам все время приходится соблюдать баланс. Мы встаем перед выбором. Если поставить себе очень высокую планку, то есть риск её не достичь. При этом, если ты поставил себе планку забраться на очень высокую гору и прошел половину — уже результат. Либо наоборот поставить слишком низкую планку и ограничить себя в том, что может быть достигнуто.

    KPI — это же про систему мотивации. Для того, чтобы создать мотивацию, необходимо внедрить новую культуру — это непрерывное просвещение, которое у нас, у госслужащих, формирует понимание, что такое цели устойчивого развития и что такое ESG. На этой базе мы должны внедрить простые первичные входные KPI, которые стали бы нормой. Тогда каждый следующий этап можно будет проходить постепенно и комфортно. То, что казалось когда-то недостижимым, сегодня становится совершенно обыденным процессом.

    Есть ли интерес среди других регионов к вашему опыту?

    Да, интерес появляется. Не скажу, что очень активный — порядка десяти регионов двигаются в этом направлении. Каждый регион сегодня ищет свой путь. Думаю, к концу этого года или в начале следующего мы придем к некой зрелости, когда регионы в активной фазе захотят обмениваться друг с другом опытом.

    Россия много сделала для создания клуба ESG-регионов. Мы хотим, чтобы регионы обменивались практиками и методиками внедрения ESG-принципов, которые дополняли бы друг друга. Вместо того, чтобы делать одно и тоже, работать все вместе, чтобы развитие принципов ESG было единой общей ценностью, единой общей целью.

    Я думаю, что к 2024 году мы сможем наблюдать оживление по данному направлению. Даже если взять историю реализации национальных проектов в Российской Федерации, это — очень крутой скачок в выстраивании правильных целей, вокруг которых нужно двигаться. Если включить в эту историю еще и ESG-философию, мы сможем полноценно вовлечь и бизнес, и население. Это следующий шаг в объединении регионов вокруг одной общей цели. И в целом ESG может стать базой, которая будет дополняться различными продуктами.

    14.10.22
    825
    0
    Чтобы написать комментарий, авторизуйтесь
    Тут будут ваши комментарии.
    Напишите, пожалуйста
    Читайте также